Дмитрий Хомченовский: "Пока понял, чего от меня хотят в Испании, уже ушел из команды"

09.11.2026

Бывший полузащитник "Зари", "Кривбасса" и сборной Украины, а ныне тренер команды U-17 в академии "Руха" дал большое интервью Sport.RBC.UA Хомченовский – уроженец Угледара, города, о котором вся страна узнала из-за войны. В "Шахтере" он не прошел только последний этап отбора, поэтому футбольное образование получил в "Олимпике", а в профессиональной лиге дебютировал в 17 лет – благодаря лимиту на молодых. Далее последовали аренда в "Кривбасс", две "Зари" – Юрия Вернидуба и Виктора Скрипника, четыре матча за национальную сборную, испанская "Понферрадина" и польская "Ягеллония", с которой он до последнего тура боролся за чемпионство.

Три последних сезона в УПЛ Дмитрий провел в "Кривбассе", где был капитаном, а карьеру завершил в "Куликов-Белке" – с первым в жизни золотом.

В этом интервью – о тренере, который приходил домой, если Дима пропускал тренировки, драку в раздевалке "Олимпика", автогол Максима Белого после слов Вернидуба, McDonald's перед матчем в Испании и процент жира, из-за которого он не попадал в заявку, "Цезаря" Васильева, свете на "Стадио Олимпико" и о том, что хотел бы понять гораздо раньше."Я начал думать о завершении еще год назад"

– Летом ты объявил о завершении карьеры – после почти 20 лет в футболе. Когда и как ты понял, что пора – это было решение одного дня или оно вызревало?

– Ты сейчас спрашиваешь меня, и будто прошло всего полгода, а по ощущениям кажется, что это было очень давно! Конечно, это не было решением одного дня. Я начал думать об этом еще около года назад. И, можно сказать, почти каждый день, после каждой тренировки возвращался к этой мысли. Не сказал бы, что это было прямо тяжело, но довольно грустно. Хотя, как говорит моя жена: "Ты и так молодец!" ( Смеется – прим. К.К.).

– Что труднее всего отпускать – чего тебе больше не хватает через несколько месяцев?

– Однозначно – коллектива. Пацанов, шуток в раздевалке, подготовительного процесса перед тренировками, выездов на игры. Немного тяжело, конечно, когда в течение 20 лет у тебя каждый день проходит примерно одинаково, а потом вдруг этого нет. Но, как я уже говорил, я готовился к этому и, возможно, это немного упростило ситуацию.

– В обращении ты намекнул, что остаешься в футболе. Чем занимаешься сейчас и кем видишь себя пять лет спустя – тренером, спортивным директором, агентом?

– Когда 20 лет занимаешься любимым делом, тяжело смотреть на что-то другое. Я люблю футбол, люблю все, что происходит в нем и вокруг него! Сейчас работаю тренером в академии "Руха" с командой U-17. Пацаны топовые, я с ними кайфую. Это одни из самых лучших и талантливых молодых игроков Украины, поэтому с ними очень интересно работать. Роль спортивного директора мне тоже интересна, но пока не приходилось попробовать себя в ней. Поэтому сейчас это большее желание, а как будет дальше – посмотрим.

"Президенты выплатили мне зарплату вперед, хотя я не просил"

– Последняя глава – "Куликов-Белка" и Вторая лига после УПЛ и капитанства в "Кривбассе". Почему согласился на такой вариант?

– Я закончил чемпионат за несколько туров до конца – кажется, последним был матч с "Ворсклой", если не ошибаюсь. Из-за травмы колена пришлось перенести операцию. Она была несложной, продолжалась примерно 20–30 минут: почистили мениск и все.

Летом отпуск был коротким, и так получилось, что я возобновился, когда уже начался третий тур чемпионата. Мне казалось, что найти что-нибудь интересное на тот момент будет сложно. А ехать куда-нибудь на тех условиях, которые предлагали некоторые команды, я не хотел. Лучше уж буду дома. После знакомства с Юрием Трушем (футбольный менеджер – прим.К.К.) все сложилось так, что переход в "Куликов", который сначала казался мне невозможным, состоялся. Тогда я решил, что это будет последняя команда в моей карьере. И ни секунды не пожалел, что там оказался.

– Какая она, Вторая лига, изнутри – после УПЛ, сборной и еврокубков? Что удивило, и кайфовал ли ты от того сезона?

– Разумеется, была разница в количестве персонала, в некоторых условиях для игроков, в возможностях для реабилитации и восстановления, а также, возможно, немного в организации и профессионализме. Но в "Куликове" – большие молодцы! Я много общался с руководителями, они понимали, на каком этапе находится клуб, и куда хотят двигаться. Они признавали ошибки и всегда пытались их исправлять. Не всегда быстро, но исправляли.

Разница между командами действительно была, и ребята почувствовали это, когда играли в Кубке с "Кривбассом". Но я точно кайфанул от этого периода. Хотел как можно скорее адаптироваться после "Кривбасса", и думаю, у меня это получилось. Самое главное, что пацаны и все в клубе приняли меня как своего. Я очень им за это благодарен, ведь до перехода там никого не знал!

– Вы стали чемпионами и вышли в Первую лигу, а летом контракт расторгли по соглашению сторон. Почему не продлил уже на уровне Первой лиги?

– Да, это, кстати, первое золото в моей карьере! (смеется). После чемпионата мы провели общий разговор с руководством и тренером по поводу моего дальнейшего пребывания в команде. Главной темой были мои мышечные травмы, которых за чемпионат действительно было немало. Мы договорились, что если это продолжится, просто пожмем руки – и на этом все.

Так и случилось: я снова получил травму, после чего мы прекратили сотрудничество. Чтобы ты понимал, уровень доверия между мной и руководством был топовым. Я даже подписал контракт еще на год, а уже через две недели покинул клуб. Президенты выплатили мне зарплату еще за лишние месяцы, когда я уже не был в команде, хотя я об этом не просил. И я так же без лишних вопросов расторг контракт.

"Первый тренер приходил к нам домой, если я пропускал тренировки"

– Ты из Угледара – города, о котором вся Украина узнала из-за войны. Каким он был в твоем детстве?

– Для меня это город любви и воспоминаний. Все, что я получил, всю свою любовь к футболу я получил оттуда. Там прошло мое детство, там все мои друзья – некоторые сейчас воюют. Там я познакомился со своей женой, там впервые узнавал, что такое хорошо, а что плохо. Одним словом, было очень интересно!

– Кто привел тебя в футбол? И почему "Олимпик", а не "Шахтер" или "Металлург", которые были рядом?

– Мой первый тренер – Николай Никитович Панасюк из Угледара. Ему большое спасибо за то, что в свое время он взялся за меня. Когда я не ходил на тренировку (смеется), он приходил к нам домой и спрашивал, почему меня не было. Возил меня на просмотры в академии, предлагал разным клубам и никогда не прекращал этим заниматься!

Тогда как раз набирали детей в академии. Конечно, я уехал в "Шахтер". Там было четыре этапа отбора, три из которых я прошел, а четвертый – уже нет. И практически сразу появился вариант с "Олимпиком". Мне предложили место, и мы согласились.

– В 17 лет ты уже играл за взрослый "Олимпик" в профессиональной лиге. Как это – подростком против взрослых мужиков?

– Тогда ввели лимит: во Второй лиге на поле должен был быть один футболист 1990 года рождения, в Первой – 1989-го. Вот так меня и взяли. Хотя из четырех лет в академии "Олимпика" я примерно три с половиной просидел на замене! В первой игре, кажется, я забил. Сначала думал, что все будет так же, как со сверстниками, но потом у меня были не очень удачные матчи. Старшие начали немного "пихать" мне – и мы даже подрались прямо в раздевалке. После этого мое легкомысленное отношение сразу изменилось!

За всю карьеру мне так попадало, что рядом всегда были классные пацаны. Как и положено, старшие помогали, потому что понимали: один молодой футболист будет точно играть. И, наверное, лучше ему помочь, чем прибить! (смеется).

– Что представлял собой "Олимпик" еще донецких времен и его президент Владислав Гельзин?

– К тому времени я считал их академию одной из лучших. Конечно, "Шахтер" и "Динамо" сейчас не принимаем во внимание, но там было все: экипировка, новые номера на базе, питание, тренировочные поля. Для меня все было необходимо! Владислав Григорьевич жил этим клубом и делал все, чтобы становилось лучше – как первой команде, так и академии. Я знаю его только с хорошей стороны!

– Аренда в "Кривбассе" в 2010-м – первый опыт высшего уровня. Что запомнилось?

– Конечно, я помню, как это произошло. Мне позвонили из "Олимпика" и сказали: "Собирайся, послезавтра едешь в Кривой Рог". Так я и уехал! Это был мой первый такой переезд вдали от дома, поэтому, конечно, переживал. Но потом все пошло нормально.

"Вернидуб бросил: "Идите еще в свои ворота, забейте!" – и Белый забил"

– Как ты оказался в Луганске и "Заре"?

– Как раз перед "Кривбассом" я был на сборах с первой командой "Зари" в Турции, но тогда меня не взяли. И именно после этого я поехал в Кривой Рог. Провел год в дубле, после чего Максимов забрал меня в первую команду. Там я отыграл первый круг, а потом меня все-таки забрала к себе "Заря".

– "Заря" Вернидуба – это "мужики", характер, контратаки. Что Юрий Николаевич изменил лично для тебя?

– Пожалуй, самое главное, чему он меня научил – быть более требовательным к себе как на поле, так и вне его. Это человек, которого я безгранично уважаю. Естественно, время от времени было тяжело, время от времени и самому хотелось ему ответить (смеется). Но все, что он со временем для меня сделал, я очень ценю.

– 2014 год: оккупация Луганска, переезд в Запорожье, задержки зарплат. Как ты это переживал? Были ли мысли уйти?

– Это вообще интересная история. Я видел, как все начиналось: как только начали устанавливать баррикады, люди собирались. Мы с Максом Белым отправили жен примерно месяцем ранее, а потом уже уезжали сами, когда все начало закрываться. Мы как раз попали на последний день – после нас людям уже было очень тяжело уехать, все началось.

Я пережил с "Зарей" два таких периода с задержками выплат. Сейчас рассказываю об этом уже спокойно, но тогда все хотели играть, и я тоже. Конечно, это никому не нравилось, но мы терпели. Мысли о том, чтобы получить шанс где-то в другом месте и изменить ситуацию, конечно, были. Особенно учитывая задержки. Можно сказать, что я тоже думал о шансе попробовать себя за границей.

Дмитрий Хомченовский в составе "Зари" (фото: ФК "Заря")

– Дебют в Лиге Европы с "Фейенордом" в Роттердаме. Каким вспоминаешь этот вечер?

– Это было сплошное безумие, а не матч! И по счету, и по всему происходящему. Конечно, в хорошем смысле. Для многих это был первый матч на таком стадионе при таком количестве болельщиков! Вспоминаю с ухмылкой. Была любопытная ситуация в перерыве. Мы проигрывали 0:2, Юрий Николаевич, как всегда, разносит раздевалку (смеется), и уже перед выходом на второй тайм бросает нам вслед: "Идите еще в свои ворота, забейте!". И что ты думаешь? Кажется, первый же стандарт – и Белый забивает в свои ворота! (смеется). Мы тогда еще на поле переглянулись и немного улыбались, конечно (первый матч в Киеве завершился 1:1, а в Роттердаме "Заря" отыгралась с 0:3, но пропустила на 90+2 минуте и уступила 3:4 – прим. К.К.).

"Белый позвонил: "Поздравляю с вызовом в сборную!"

– Август 2013: Фоменко вызывает тебя единственным дебютантом на матч с Израилем. Как ты узнал о вызове и что почувствовал?

– Ситуация была такова: мы сыграли тур, и, как всегда, все уехали домой на выходные. И тут мне звонит по телефону Белый и говорит: "Поздравляю с вызовом в сборную!". Я отвечаю: "Давай не чуди, какая сборная?". А он: "Зайди посмотри". Вот так я и узнал. Начал искать информацию, проверять, правда ли это. Конечно, первым делом стал звонить по телефону родным.

– Каким тогда был Михаил Иванович для игроков?

– Он был очень спокоен. Большинство тренировок наблюдал со стороны. Мне кажется, когда я впервые приехал в сборную, мы с ним даже не разговаривали. Но он давал возможность проявить себя.

– Какая атмосфера была в той сборной – Шевченко уже ушел, но были Ярмоленко, Коноплянка…

– Атмосфера в команде была топовая! Я раньше играл против этих футболистов, смотрел, как выступает сборная, а тут вдруг сам очутился среди них. Поэтому сначала был немного в шоке!

– Кто тебя принял, с кем подружился?

– В сборной я был довольно скромным. Чтобы с кем-то особенно близко дружил – такого не было. Больше общался с Пятовым, Ракицким, Кучером, потому что мы часто вместе летали в сборную. А так со всеми нормально общался, все хорошо ко мне относились.

– Почему, по твоему мнению, после четырех вызовов больше не было?

– Думаю, игра с Литвой была не слишком убедительной с моей стороны, и после этого меня уже не вызвали (общительный матч с Литвой 18 ноября 2014 завершился 0:0 – прим. К.К.). Наверное, свою роль сыграло и то, что я поехал во второй дивизион Испании.

"В Испании меня не брали в заявку из-за процента жира"

– Как возник вариант с Испанией в 2015 году?

– Сначала был вариант уехать в Польшу, в "Ягеллонию". Мы даже встретились в Варшаве после игры с "Легией", и у меня уже был на руках контракт. Но потом что-то пошло не так, и этот вариант отпал. Сразу после этого меня нашла "Понферрадина". Я мыслями уже был где-то там, потому решение о переходе мы приняли довольно быстро.

– Что такое Понферрада – город и клуб и каким был твой быт там?

– В начале было очень тяжело. Ни языка, ни города – ничего не знал. Когда я приехал, у них как раз начались какие-то праздники один за другим, на выходных ничего не работало. Я сначала уехал сам, не мог нигде нормально поесть и даже перед игрой ходил в McDonald's!

– Какой была среда и как опишешь тамошних болельщиков?

– Люди там добрые, спокойные, никуда не торопятся. Конечно, было много мрака с документами, квартирой, языком, но со временем все наладилось и стало легче. Это небольшой клуб с историей и болельщиками, живущими командой. Они очень тепло встречают и провожают, относятся с пониманием.

– Испанский немного подтянул ли уровень "уна сервеса пор фавор"? (переводится как “Одно пиво, пожалуйста”).

– Ну, главное я выучил сразу (смеется). У меня был учитель испанского, поэтому примерно за четыре-шесть месяцев я уже свободно общался. Среда также заставляла быстро учить язык: кафе, супермаркеты, поездки, общение с окружающими людьми. Сейчас, когда нет практики, уже труднее разговаривать. Многое забыл.

– А что было самым трудным в адаптации – язык или футбол Сегунды?

– На 100% язык – это первое. Пока я понял, чего от меня хотят, уже ушел из команды (смеется). Ну и, конечно, образ жизни. Я приехал из Украины, из Запорожья, из "Зари", где все быстро, все просто, где ты физически постоянно нагружен после работы с Николаевичем (Вернидубом – прим.К.К). А там у команды могло быть два-три выходных в неделю! Не знаю, может быть, я просто попал в такую команду. Я хотел сам заниматься, что-то дополнительно делать, а мне говорят: "Дима, иди отдыхай, пообедай, хорошо поспи, погуляй, а завтра будет тренировка – там и работай!".

– Ты сыграл 17 матчей, а потом говорил, что тебе жаль, что испанский период оказался недолгим. Как оцениваешь его сегодня?

– Мне там нравилось. Я выучил язык, понял, чего от меня хотят, познакомился с классной семьей, с которой мы до сих пор общаемся. Не очень часто, но всегда можем спросить как дела поздравить друг друга с праздниками или какими-то событиями. Не хотелось, чтобы мой первый зарубежный опыт оказался отрицательным, особенно ввиду того, что я там пробыл недолго.

– Пересекался ли с кем-то, кто потом вырос в звезду? Кто из партнеров или соперников поражал?

– Мне кажется, из той команды трое-четверо футболистов играют или играли в Ла Лиге. Сейчас не припомню их имена.

– Филипп Будковский рассказывал нам, что в Европе легионера не нянчат: либо ты лучше местных, либо до свидания. Как было в Испании?

– Так и было, полностью подтверждаю его слова! Им неважно, откуда ты приехал и какая у тебя зарплата. Меня отстранили от игр и даже некоторых тренировок из-за процента жира в организме. Сказали, что пока не будет 10,5% – а у меня тогда было 14% – я не буду попадать в заявку на матч!

"Васильева в "Ягеллонии" называли Цезарем"

– Как ты в конце концов оказался в "Ягеллонии"?

– После того как я покинул Испанию, "Ягеллония" сразу снова вышла на связь. И в этот раз все прошло хорошо и быстро!

– Сезон 2016/17 – "Ягеллония" до последнего боролась за титул и стала вице-чемпионом. Как это было изнутри и верили ли, что можете обойти "Легию"?

– Это был для меня интересный сезон. Была классная команда и, конечно, мы думали о чемпионстве и хотели его выиграть. Но чуть-чуть не хватило в конце. Помню заключительный матч, в котором нам нужна была победа, но мы сыграли 2:2, отыгравшись после 0:2 (с "Лехом" 4 июня 2017; чемпионом стала "Легия" – прим. К.К.). Внутри команды все было примерно посередине: не сказал бы, что на нас сильно давили, но и безразличия не было.

– Михал Пробеж – что за тренер? Говорят, он очень эмоционален.

– Это человек, который, как говорится, за словом в карман не полезет! Он строг, эмоционален, но всегда чувствовал, когда именно это нужно команде. В большинстве своем он был и веселым. Но когда слился, было даже немного страшно. Этими чертами его можно сравнить с Николаевичем. Мог и напихать, но мог потом и признать, что был неправ.

У нас с ним остались нормальные отношения. Я даже писал ему и поздравлял с назначением в сборную Польши. Спокойно пообщались.

– В составе были Пшемислав Франковский (потом "Ланс", "Галатасарай", сборная Польши), Тарас Романчук, Константин Васильев. Кто поражал больше всего? Было ли видно, что Франковский вырастет до такого уровня?

– По Франковскому сразу было видно, что это футболист. Он тогда должен был вызываться в сборную, и о нем много говорили. Тарас Романчук – настоящий работяга, который в центре поля выгрызал все, что можно, и вверху, и внизу. Мы с ним до сих пор общаемся, у нас хорошие отношения.

А вот Васильев (рекордсмен сборной Эстонии по количеству матчей – прим.К.К.) – это именно то, что ты говоришь. Он мог удивить. В "Ягеллонии" его называли Цезарем. Такие передачи он отдавал и такие голы забивал в тот сезон, что я сам был в шоке – как и вся команда!

– Польша и Украина – соседи, но футбол другой. Какая разница в организации, болельщиках, отношении к иностранцам?

– Относительно отношения к иностранцам ничего особенного не скажу. Их было много, поэтому каких-то необычных ситуаций я не замечал. А вот футбольная составляющая, все, что касается организации вокруг команды и самой подготовки – здесь интересно. На стадионе "Ягеллонии" на 25 тысяч мест почти всегда было по меньшей мере 20 тысяч болельщиков. И так происходило практически на каждом выезде! Предматчевый ажиотаж, работа с болельщиками, принцип вовлечения людей в футбол и воспитание у детей любви к "Ягеллонии" – все это было на очень высоком уровне.

"Говорю пацанам: "Все, ребята, уже 2:0 горим!"

– Ты вернулся в другую "Зарю" – уже Скрипника. Чем она отличалась от команды Вернидуба?

– Это два разных тренера с разными подходами к общению с игроками и руководством, к тренировкам и подготовке команды. Поэтому сравнивать их наверняка будет неуместно. Изменилось абсолютно все – от приезда на базу до подготовки и официальных матчей. Возможно, у Скрипника был более демократичный подход, чем у Николаевича.

– Две бронзы, финал Кубка. Что с того периода ценишь больше всего? Финал Кубка до сих пор болит?

– Я очень ценю этот коллектив и скучаю по нему. Это самый лучший коллектив за всю мою карьеру. Я ценю всех, кто тогда был рядом. Настолько все было круто, что я не могу сказать ни одного дурного слова о ком-то. При всех проблемах, которые были в команде и у каждого лично, мы никогда не приносили их в раздевалку. Для меня это очень ценно!

Что касается финала, то я спокойно к нему отнесся еще тогда. Финал есть финал. Мы хорошо провели матч, нам чуть-чуть не хватило, поэтому сильного разочарования не было.

Хомченовский в составе "Зари" (фото: ФК "Заря")

– Группа Лиги Европы с "Лестером", "Брагой" и АЕК, а затем Лига конференций с "Ромой" Моуринью. Что, прежде всего, вспоминаешь из еврокубков? Менялся с кем-то футболками?

– Про футболки уже не помню (смеется), возможно, с кем-то и менялся! Больше всего запомнились стадионы, футболисты, против которых мы играли, сами команды. Была интересная ситуация, когда мы прилетели в Рим играть против "Ромы". Продолжительная обычная предматчевая разминка, мы вышли раньше "Ромы". И в какой-то момент на стадионе начал угасать свет, наступила тишина – это "Рома" выходила из своего тоннеля. На них устремили весь свет, а болельщики начали петь.

Потом все засветилось еще больше, заблестели, атмосфера просто невероятная. И я говорю пацанам: "Все, ребята, уже 0:2 горим!" (смеется). Конечно, это была шутка, но матч мы, кажется, проиграли 0:5 (смеется) (на самом деле в Риме "Заря" уступила 0:4, дома - 0:3 - прим. К.К.).

– Ты играл с младшим поколением "Зари" – Луниным, Кочергиным и другими. Как они отличались от вашего поколения?

– Я пришел в "Зарю" как раз тогда, когда Лунин переходил в "Реал", поэтому о нем ничего особенного сказать не могу. А вот Кочергин, Тимчик, Михайличенко, Кабаев – все молодые, голодные к футболу. Они уже тогда ни на кого особо не считались, были устойчивыми ко всему, работали, не беспокоились о мелочах. У каждого были свои личные цели, над которыми они трудились. Я об этом узнал уже где-то в 27-28 лет, и то от них самих! (смеется).

"Смотрел на Каменюку и Вернидуба и хотел тоже стать капитаном"

– Почему после "Зари" выбрал "Кривбасс"? Тебе уже было 32 – понимал ли ты, что это последний крупный проект?

– Я долго не колебался. Мне позвонил Вернидуб, и я согласился еще во время того же разговора. Сразу после этого уехал. Я не имел другого выбора, кроме как согласиться, и не хотел отказываться! В тот момент я особо об этом не думал. Сейчас уже можно так говорить, когда все сложилось и "Кривбасс" стал для меня последним клубом в УПЛ.

– Ты стал капитаном. Что для тебя означала повязка в клубе, в котором ты не воспитывался?

– Я всегда смотрел на Каменюку, Вернидуба Виталика, и хотел когда-то быть похожим на них, тоже стать капитаном команды. Для меня это было очень ценно. Когда это произошло, я, возможно, особо этого не показывал, но очень гордился тем, что мне доверили повязку и пацаны, и тренер. Для меня это была большая честь – как в "Заре", так и в "Кривбассе".

Хомченовский с капитанской повязкой в "Кривбассе" (фото: ФК "Кривбасс")

– Бронза с Вернидубом – тем же тренером, что и в первой "Заре". Изменился ли он за эти годы?

– Конечно, изменился. Стал еще более опытным тренером. Да, он немного спокойнее, чем был в первый период в "Заре", но сохранил все свои способности и качества – и как человек, и как тренер. Он спокойно принял, что футбол и технологии не стоят на месте. В этом ему помогал Виталик (сын Виталий Вернидуб, работающий ассистентом отца – прим. К.К.), к которому он сумел приспособиться, и впоследствии это хорошо работало.

– Почему ваши пути с "Кривбассом" разошлись в 2025-м? Ты хотел остаться?

– Я провел в "Кривбассе" три года – столько же, сколько продолжался контракт Николаевича. Может, клуб чем-то был недоволен во мне или смотрел на возраст – не знаю. Был разговор, во время которого мне сказали, что контракт продлевать не будут. И все. Но я точно хотел бы остаться там, без вопросов!

"Профессиональный футболист – это отдельный образ жизни"

– Финальные вопросы. Самый тяжелый соперник, которому ты никогда не противостоял на поле?

– (смеется) Так в Европе мы играли практически со всеми очень интересными командами. Было интересно против них играть, но очень трудно! Можно выделить, наверное, "Лейпциг" и "Рому". Хотя были еще "Брага", "Лестер", "Бетис" (в 2018 году "Заря" выбила "Брагу" в квалификации Лиги Европы, а затем уступила "Лейпцигу" – 0:0 дома и 2:3 в гостях – прим. К.К.).

– С кем на поле было лучшее взаимопонимание?

– Конечно, хочу отметить своего друга Виталика Вернидуба. А так был со всеми на одной волне. Конечно, не всегда все бывает идеально – случалось и такое, что кто в лес, кто по дрова (смеется).

– Тренер, который повлиял на тебя больше всего?

– Однозначно Юрий Николаевич Вернидуб и Виктор Анатольевич Скрипник. Каждый из них меня чему-то научил, и я этим пользуюсь до сих пор.

– Самый памятный гол или матч?

– Гол, наверное, "Десне" Чернигов. Один конкретный матч выделить не смогу. Конечно, не каждый матч был памятным, но каждый по-своему интересен.

– Если бы можно было изменить одно решение в карьере, что бы это было?

– Я хотел бы раньше понять, что значит быть профессиональным спортсменом не только во время тренировок и матчей. Это ежедневная работа над собой: подготовка к тренировкам и после них, восстановление, питание, сон, правильное отношение к своему организму. То есть осознать, что профессиональный футболист – это не просто человек, который приходит на тренировку и играет матчи. Это целый образ жизни.

Источник: РБК-Украина

Читайте также:

Комментарии: